«Жизнь и смерть Бориса Александрова»

Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Яндекс

"Быть непонятыми и неоцененными современниками - судьба всех великих людей".
Григорий Горин, "Тот самый Мюнхгаузен"

Сказать, что наш хоккей понес огромную утрату после трагической смерти наставника усть-каменогорского «Торпедо» Бориса Александрова - значит не сказать ничего. У нас просто нет больше тренеров такого масштаба. А нашим игрокам в ближайшем будущем вряд ли «светят» те награды, которые были завоеваны Александровым-игроком. Так получилось, что собкор «Око» незадолго до ухода великого тренера из «Торпедо» взял у него интервью о нем самом. И так уж получилось, что это интервью стало для Александрова одним из последних...

- Первые потрясения связаны с отцом, когда мы приходили в открытую хоккейную "коробку" на улице Металлургов, - вспоминал Борис Викторович. - В жесточайшие морозы тысяч семь устькаменогорцев во время матча сливались в одну «заряженную» массу. Отец не просто "болел". Он обращал мое внимание на детали, на удачные действия каждого хоккеиста, на то, как «работают» звенья.

Фанатичного игрока, каковым стал Александров, заприметил тренер "Торпедо" Киселев. В семнадцать лет Борис уже играл в основном составе. Спустя год к его родителям пожаловал олимпийский чемпион, неоднократный чемпион СССР, хоккеист ЦСКА Анатолий Фирсов. Говорил о нем, о Борисе, о необходимости переезда в Москву, в лучшую команду страны. Авторитет гостя помог получить «добро»...

- Ну и как столица встретила провинциала?
- На удивление нормально. Тот же Харламов сразу помог мне освоиться.

История занятная как-то случилась. Ему из Канады прислали клюшки. По тем временам - нечто! - не подающееся никакой оценке, ни в каких рублях. Ведь отечественные были, мягко говоря, примитивные и неудобные. Разок приложишься - вдребезги разлетается! Когда пришел такой подарок от канадских поклонников Харламова, выяснилось: клюшки - под правый хват. А Валерий-то – "леворукий". Повздыхал он, и всю «пачку» отдал мне. Это был поистине царский подарок, никогда не забуду...

- Они оказались счастливыми?
- Я ими играл на первом молодежном чемпионате мира в Ленинграде под новый 1974 год. И, думаю, что поспособствовал команде, ставшей чемпионом. От лучшего нападающего Виктора Хатулева, у которого по результатам чемпионата было 9 очков, я отстал всего на два гола. После них канадские тренеры спохватились, выявили в моих клюшках отклонения от нормы. Меня отправили на скамью штрафников. Но голы-то уже состоялись. Хотя, если честно, я клюшки изогнул чуть больше нормы. Ну, было такое, было...

Следующий чемпионат мира проходил в Канаде и США. Ни одной игры "наши" не проиграли и завоевали "золото". И когда формировали символическую сборную, Александрова включили в ее состав. Нападающего, который на равных сражался с основоположниками силового хоккея, запомнили. И не напрасно.

В австрийском Инсбруке в феврале 1976 года состоялся олимпийский турнир. После квалификационных матчей в группу сильнейших вошли сборные СССР, Чехословакии, ФРГ, Финляндии, США и Польши. В числе форвардов, утверждавших преимущество советского хоккея, был и Александров.

- Было страшное напряжение, - вспоминал он. – В финале мы встречались с традиционно неудобной сборной Чехословакии. Правда, случился у них "прокол". Они убедительно переиграли сборную Польши, но после игры один из чехов был уличен в приеме допинга. Чехам засчитали поражение со счетом 0:1. В финал они, тем не менее, пробились. Но для триумфа им нужна была победа, а мы могли обойтись ничьей. Игра с ними пошла не по нашему сценарию. Мы уже проигрывали 0:2, как сложилась вообще пиковая ситуация. Одновременно удалены наш защитник Сергей Бабинов и нападающий Виктор Жлуктов. Две минуты мы втроем должны противостоять пятерке чехов. Но Юра Ляпкин, Гена Цыганков, Володя Шадрин не позволили чехам реализовать преимущество. Чехи после этого "сломались". Даже при счете 3:3 и оставшихся считанных минутах встречи сомнения не было, что мы победим. И Валера Харламов поставил точку в олимпийском марафоне: 4:3! Нет! Такое забыть никогда невозможно...

- 1976 год памятен и другим. По инициативе Национальной хоккейной лиги впервые был проведен турнир на Кубок Канады. Как планировалось организаторами, в розыгрыше участвуют две североамериканские сборные и четыре команды из Европы. Первый турнир проходил в "хоккейных" городах Канады: Монреале, Торонто, Виннипеге. Борис Александров играл тогда во всех встречах и набрал по системе «гол плюс пас» 6 (2+4 ) очков. Кстати, газета «Нью-Йорк Таймс" по-своему оценила игру Бориса Александрова: «А может, это вовсе не мы, а русские изобрели хоккей? Во всяком случае, так могло показаться вчера. Никто иной, как Борис Александров показал «Рэйнджерам», как нужно играть в хоккей"...

- Борис, тогда впервые обозреватели отметили вашу игру на грани фола, которая была присуща хоккею североамериканскому. Канадцы для вас стали примером для подражания?
- Тогда отечественный хоккей был более техничным. А жесткая игра на грани фола являлась фирменным стилем канадцев. Они нас"«прощупывали": кто на что способен. И не дай Бог дрогнуть - сомнут! Я же сам стал проверять заокеанских игроков на "устойчивость". И ничего, ложились... Конечно, объясняется это возрастом. Я был молод, и мне было проще и быстрее освоить симбиоз хоккея советского и канадского. Ясно, что ребята постарше перестроиться так быстро не смогли. Виктор Тихонов, как главный тренер, единственное, что мог сделать, это хорошо подготовить команду физически. Но приемы у него были древние. Ориентир: не самим правильно и красиво сыграть, а не дать сыграть противнику. Такой хоккей мне не нравился. Пришлось переходить к другому тренеру.
Вот один из поворотных моментов: на обычной тренировке «летящий» в атаке Борис столкнулся с более крепким Виктором Шалимовым. Результат печальный: «полный разрыв сустава и вылет ключицы». Операция и шесть месяцев полного покоя дались ценою невероятного терпения и веры, что все-таки случится чудо. Увы, рука выше плеча не поднималась. В столичных хоккейных командах главные тренеры травмированной олимпийской звезде только сочувствовали, не более.

Нужно начинать сначала. Безусловно, это не просто, тем более, когда ты, по сути дела, инвалид. Но в 27 лет Борис Александров духом еще силен. Узнав, что главным тренером в усть-каменогорское «Торпедо" пришел Виктор Семыкин, принимает решение о возвращении на свою Родину.

- Я с ним переговорил, объяснил, что мне сейчас должны делать повторную операцию. Штыри, говорю, будут вытаскивать, потом посмотрим, как будет. Тяжеловато пришлось. Набрал «лишнего" - весил килограмм под девяносто. Давай себя нещадно гонять "железом" и кроссами. На льду сначала раскатывался осторожно, играл с опаской, а потом и там все вошло в норму. Еще полгода - и заиграл я в полную силу.
- В силу каких обстоятельств вы ушли из «Торпедо»?
- В середине восьмидесятых пахнуло оттепелью. Начались приглашения советских хоккеистов в европейские клубы. Грех было не воспользоваться. Вот так и попал в Италию. У меня очень теплые воспоминания о Милане, о «горячих» болельщиках, которые приходили на все игры «Сайма-Милан».
- А достаточно ли высок был уровень этой команды?
- Играли там семь-восемь канадцев итальянского происхождения, которые родились в Торонто, но вернулись на родину. Еще два хоккеиста даже играли в НХЛ в свое время. В линии нападения со мной стоял известный хоккеист Вячеслав Анисин. А третий в нашем звене - канадец Кэт Катиначи. Он все время удивлялся: сколько играл, никогда столько пасов не получал. Ну, там не принято отдавать передачи, а мы снабжали его на всю катушку. В чемпионате «Сайма-Милан» поднялся на четвертое место. Хотя, думаю, могли достичь и большего. Но канадцы не захотели брать на себя «повышенные обязательства». Они вообще предпочитают в первый год высоко не забираться, потому что потом нужно стремиться еще выше. После «жаркого» итальянского льда его пригласили в Венгрию. Там получился удачный сплав именитых российских и венгерских молодых хоккеистов. И команда стала чемпионом Венгрии! А затем и кубок страны завоевала!

В эти годы в Москве вынашивалась идея сформировать команду «Звезды России». В состав "Звезд" вошли Александр Гусев, Александр Мальцев, Владимир Викулов и другие. В числе приглашенных был и Борис Александров. Ветераны хоккея демонстрировали свое мастерство на турнирах в Швеции, в Финляндии, в российских региональных баталиях. Борис Александров вроде бы был при деле. Однако ж хотелось ему другого, более азартного хоккея. И опять взгляд на Восток, к родной «Устинке»...

- Тогда, в девяностых, в Усть-Каменогорске все сложилось? Взаимоотношения с командой? С администрацией клуба?
- Хоккеисты всегда находят взаимопонимание, если они равны по мастерству. А вот что касается взаимоотношений с администрацией и исполнения взятых клубом финансовых обязательств, - давайте обсуждать это не будем. "Торпедо" в девяностых - в десятке лучших команд СССР, а потом и СНГ. Игралось неплохо. Никто не замечал во мне каких-то перемен, но я сам чувствовал: не тот Александров стал, усталость появляется. Не пора ли уступать дорогу молодым? Однако ж в клубе решили использовать мой опыт в виде играющего тренера. Но я бы другое отметил. После Зимних Олимпийских игр в Нагано сборная республики, в которой я был главным тренером, заняла шестое место. Мы опередили команды США, Швеции, Германии, Словакии, Франции, Австрии, Италии и Японии. Основная причина, сдерживавшая развитие усть-каменогорского хоккея, - отсутствие средств. И тут случилась возможность, которой нельзя было не воспользоваться. Нурсултан Абишевич Назарбаев, по случаю присуждения мне звания Заслуженного деятеля Республики Казахстан и вручения медали, сам стал расспрашивать о состоянии нашего хоккея. Я рассказал о наболевшем. Нурсултан Абишевич меня успокоил: «У команды теперь есть состоятельный и долгосрочный финансовый покровитель в лице компании «Казцинк». Так что возвращайтесь в Усть-Каменогорск и начинайте поднимать хоккей". Что я и сделал...

...Июльским жарким днем 2002 года в Усть-Каменогорске произошла кулуарная баталия: был расторгнут контракт с главным тренером Борисом Александровым. По городу распространились всевозможные слухи о том, что причиной случившегося были финансовые нарушения. Причем, по утверждению «информированных" источников, речь шла о чрезмерной зарплате, многочисленных квартирах с евродизайном, личной яхте и множестве престижных автомобилей.

Надо ли говорить о том, что у слухов глаза оказались велики. Зарплата Александрова в "Торпедо" составляла две тысячи долларов минус налоги. "Яхтой" стал ржавенький баркас, выменянный наставником "Торпедо" на свою же раздолбанную машину. Ютилась семья звезды с мировым именем в обыкновенной квартирке. К финансовым махинациям Александров при всем желании отношения иметь не мог, поскольку структура клуба не поззволяла главному тренеру вмешиваться в финансовые его дела. "Меня просто выбросили...". Вот с такими ощущениями от произошедшего в июле он и отбыл в Россию. Где быстро воспользовались тем, что на исторической родине "скрипач не нужен"...

Он погиб 1 августа этого года на подмосковном участке трассы Уфа-Челябинск в автомобильной катастрофе. Ему было всего лишь 46 лет - возраст тренерского расцвета. Сейчас можно лишь гадать, каких успехов усть-каменогорский клуб мог бы добиться под его руководством. Сейчас можно только констатировать - оставайся Александров в "Торпедо", не было бы той злополучной поездки в Подмосковье и его трагической гибели. Сейчас можно только сказать: талант вновь оказался беззащитным перед воинствующей бездарностью чиновников и «бизнесменов» от спорта, которые готовы зарезать курицу, приносящую золотые яйца, если она, простите, будет "кудахтать" не то, что им хотелось бы слышать.

Борис Александров - не первая жертва этой вопиющей бездарности. К сожалению, видимо, и не последняя. Как сказал один из героев фильма "Тот самый Мюнхгаузен": "Неужели нам обязательно нужно убить человека, чтобы убедиться, что он живой...".

Анатолий ШЕВЧЕНКО, Дмитрий ПОКИДАЕВ
Усть-Каменогорск – Астана
Газета "Око", № 31 от 16.08.2002г., стр.6.